Если захочешь, то поймешь.

Твой Альбер».

— Почему вы не отправились в Кале? — наивно спросил Мегрэ.

— Потому что я не желаю быть ни женой, ни любовницей убийцы. Я полагала, что люблю Альбера. Я принимала его за честного молодого человека, которому не повезло. Я помогала ему по мере своих сил.

Ее нижняя губа дрожала. Еще чуть-чуть — и она зальется слезами.

— Теперь я знаю, что он претендовал и до сих пор претендует лишь на мои деньги. Поскольку ему известно, что у меня есть накопления. В Сберегательном банке у меня лежит более пятнадцати тысяч франков… — Слезы брызнули из глаз. — Он никогда меня не любил, понимаете! А я так страдаю! Я боюсь! Я не хочу туда ехать… сама мысль о том, что он… что он…

Мегрэ неуклюже поднялся и похлопал по плечу мадемуазель Берты. Она положила локти на стол и плакала, уткнувшись лицом в ладони. Впрочем, вскоре она вознегодовала:

— Из полиции приходили меня допрашивать… Меня едва не забрали как сообщницу… Я не рассказала о письме, поскольку иначе мной бы заинтересовались, я уверена в этом… Но я боюсь!.. Я уверена, что он вернется оттуда и причинит мне неприятности!.. Однажды, когда кот терся о ноги Альбера, он так грубо его отшвырнул, что несчастное животное осталось хромым…

Я бы все сделала для него… Если бы вы его видели, вы бы сочли, так же как и я, что это…

— Вы действительно не знаете молодого человека, который сидел рядом с нами на террасе кафе? — прервал Мегрэ.

— Клянусь!

— Это любопытно…

— Почему?

Он вышел на балкон, откуда открывался вид на площадь Константин-Пекёр. И там, прямо на углу улицы Коленкур, он смог заметить знаменитый бежевый плащ, который прохаживался туда-сюда.

— Я не знаю… Думаю…

— Что вы думаете?.. Скажите мне!.. Успокойте меня!..

Обещайте мне, господин комиссар, что защитите меня…

Мне необходимо знать, где скрывается Альбер… Если только бы я была уверена, что он перешел границу!..